Издевательства в тюрьме

Публикация новых видеозаписей истязания заключенных ярославской колонии стала очередным напоминанием о проблеме пыток в российских тюрьмах и правоохранительных органах. Подробности дел «Сети”, «Хизб-ут-Тахрир”, Олега Сенцова, взрыва в питерском метро, и другие «экстремистские” дела свидетельствуют о том, что полиция, ФСБ, военнослужащие и тюремщики с годами лишь совершенствуют свои пыточные навыки, делают издевательства рутинной практикой и остаются безнаказанными.

Совместно с экспертом юридического департамента благотворительного фонда «Русь сидящая” Денисом Тимохиным The Insider разобрался, что известно о разновидностях пыток в современной России, где, как и почему их применяют. Перечень пыток приведен здесь в алфавитном порядке.

Иллюстрации к некоторым статьям нашего краткого словаря создал Олег Навальный, который по сфабрикованному обвинению последние три года провел в местах заключения, провинившись лишь в том, что он родной брат политика Алексея Навального.

«Водолаз»

(ФСИН)

Заключенного опускают головой в ведро с водой или унитаз и удерживают в этом положении. Об этом, в частности, рассказывал Ильдар Дадин (см. также «Утопленник”, «Опустить”, «Удушение”). Весьма популярная пытка в самых разных странах мира. В США она известна как waterboarding, использовалась ЦРУ с 70-х годов и была запрещена Бараком Обамой лишь в 2009 году.

Вырывание ногтей

(ФСИН, МВД Чечни)

В 2010 году родственники осужденного Виталия Бунтова, находящегося в тульской ИК-1, принесли правозащитникам ногтевые пластины в качестве доказательства пыток (при этом администрация колонии заявила, что заключенный остался без ногтей из-за грибка, но доказать это не смогла, и Европейский суд заставил выплатить Бунтову компенсацию). Не самая популярная из российских пыток во ФСИН, так как оставляет явные следы, однако, по сообщениям правозащитников, она активно применяется в Чечне. «Меня привели в какой-то подвал, там распяли. Двое мужчин в масках заявили, что если я не сознаюсь, то они выбьют из меня показания», — цитирует журнал Political Critique беженца из Чечни Махмуда, наказанного кадыровцами за участие в боевых действиях на Донбассе на стороне Украины. — Потом они стали вырывать мне ногти на ногах. Я могу это показать, ногтей и сейчас нет. В тот момент я был готов сознаться даже в убийстве Линкольна».

Исторически вырывание ногтей — одна из самых распространенных пыток, которая применялась как в древнем мире, так и в НКВД и Гестапо.

«Диета»

(МВД, ФСБ, МО, ФСИН)

Лишение задержанного еды, питья, света на длительный период времени (порядка трех недель). О лишении заключенных еды и питья, а также элементарных гигиенических условий, в частности, заявляла пермская ОНК. Это один из самых распространенных типов пытки, не требующий от правоохранителей большой фантазии

«…»Пытка» означает любое действие, которым какому-либо лицу умышленно причиняется сильная боль или страдание, физическое или нравственное, чтобы получить от него или от третьего лица сведения или признания, на­казать его за действие, которое совершило оно или третье лицо, или в совершении которого оно подозревается, а также запугать или принудить его или третье лицо, или по любой причине, основанной на дискриминации любого характера, когда такая боль или страдание причиняются государствен­ным должностным лицом или иным лицом, выступающим в официальном качестве, или по их подстрекательству, или с их ведома или молчаливого согласия».

Из конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловеч­ных или унижающих достоинство видов обращения и нака­зания, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1984 года.

«Джокер»

(ФСИН)

Разрыв силой или разрезание ножом или бритвой уголков рта. Такая пытка применялась, например, в карельской ИК-1. Пытка была изобретена испанской инквизицией, для чего использовалась специальная металлическая «груша».

«Звонок другу», «Звонок Путину», «Интернет»

(МВД, ФСБ)

Пытка электричеством посредством полевого телефона «ТА» — он же «Тапик». Для формирования вызывного напряжения аппарат снабжен миниатюрной динамо-машинкой с ручным приводом. Оголенные провода прикручиваются к пальцам задержанного или гениталиям, после чего для генерации вызывного напряжения прокручивается складная ручка на боку аппарата. Возможно применение обычных динамо-машин или обычных электрошокеров. По словам руководителя «Комитета против пыток” Игоря Каляпина, «поскольку сила тока при этом маленькая, ожогов почти не остается — только электрометки — маленькие черные точки, они быстро заживают» (см. также «Электровспоминатель”).

Несмотря на всю изощренность, это довольно распространенная пытка, и чаще всего к ней прибегают следователи ФСБ и МВД. Вот что рассказал Зафар Тукиев о пытках в УФСБ по Москве и Московской области:

«На обе ноги мне прикрепили металлические прищепки, их закрепили на трех пальцах — безымянном, среднем, указательном. Я начал двигаться, выкручиваться, на меня сверху надавили ногой, кто-то сказал, чтобы я не двигался и что по-хорошему я не понимаю. Затем раздался скрежет, по моему телу пустили электрический ток. Я почувствовал невыносимую боль. У меня начали трястись икроножные мышцы, все тело от напряжения выгнулось дугой. Когда ток прекратился, человек, державший тряпку прокричал: «Ты знаешь, зачем это?» Я ответил: «Нет».

Он отдал приказ продолжить пытку. В этот раз ток держали дольше. Я сильно кричал, от крика у меня заболело горло. В перерыве между ударами я спросил, зачем они это делают, но мне никто не ответил. Когда меня били током, говорить я не мог, только кричать, я звал следователя, Максима Петровича Ведяева. С каждым новым ударом было все больнее и больнее. У меня спросили: «Почему на суде ты говоришь, что невиновен? Ты виновен! Ты знаешь, что прошло всего 6 минут? Мы можем тебя здесь держать два дня».

Ранее пытки электричеством активно применялись НКВД в 37 году и Гестапо в годы войны.

Изнасилование

(ФСИН, МВД)

Принудительный половой акт садистского характера для причинения физической боли и морального унижения, особенно популярный среди сотрудников администрации мест отбывания наказания ФСИН, но применяющийся и в полиции. Известны случаи принуждения заключенных к изнасилованиям друг друга, но гораздо чаще для этого используются уголовники гомосексуальной ориентации, сотрудничающие с администрацией. Сами сотрудники предпочитают для изнасилования использовать продолговатые предметы. Например, в знаменитом деле казанского ОВД «Дальний” использовали бутылку из-под шампанского, — а также резиновые дубинки, швабры и другие предметы. В 2012 году задержанный ОВД «Дальний” Евгений Назаров, изнасилованный бутылкой, скончался от разрыва прямой кишки. Изнасилование может сниматься на видео для последующего шантажа «опущенного” (См. также «Опустить”, «Черный Гриша”).

«Кираса», «Выбить пыль»

(МВД, МО)

Многократное нанесение ударов плашмя фронтальной поверхностью армейского бронежилета (например «Кираса-5» весом более 11 кг) по спине задержанного. За счет большой площади предмета, которым наносятся удары, не остается гематом, а происходит сильное сотрясение внутренних органов. По данным «Руси Сидящей”, широко распространено по отношению к задержанным на Кавказе с 2000 г. и по наше время.

«Клизма», «Промывка»

(ФСИН)

Промывка несговорчивому заключенному прямой кишки большими объемами холодной воды, под предлогом проверки заднего прохода на наличие запрещенных предметов или веществ. Об этом на примере ИК-17 в Кировской области писал, в частности, бывший ее заключенный, нацбол Михаил Пулин. Пытку клизмой применяли еще чекисты в 20-е годы, причем в воду они добавляли битое стекло.

«Приемка»

Изобретение сотрудников омутнинской ИК-17, о котором рассказал бывший заключенный Михаил Пулин: «Каждый вновь прибывший бежит мимо построившихся фсиновцев, которые бьют его дубинками до тех пор, пока человек не падает лицом вниз. После того как все прибывшие достаточное время полежали лицом вниз с руками за головой, испачкав плац своей кровью, их гонят в помещение для проведения обысков».

«Промывка»

С помощью клизмы заключенному заливают в прямую кишку до пяти литров холодной воды якобы для того, чтобы сотрудники колонии исключили возможность проноса запрещенных предметов на территорию, рассказал Михаил Пулин.

«Хозработы»

Принуждение к уборке жилых, общих помещений и туалетов с помощью, например, зубных щеток. Этот метод также используется в отношении заключенных с заболеваниями: например, больного туберкулезом заключенного могут выгнать на улицу подметать чистый плац в дождь.

«Джокер»

Разрыв щеки от уголка рта, не обязательно с помощью ножа или другого острого предмета, но и просто усилием рук. Осужденный карельской ИК-1 рассказал правозащитникам, что сотрудники колонии, прежде чем порвать ему рот, сначала избили его, а затем душили противогазом.

Кипяток

Горячая вода из чайника насильно вливается в рот заключенному. Так, со следами ожогов головы и рта поступил в больницу Алексей Шангин, содержавшийся под стражей в «Матросской тишине», — он погиб не приходя в сознание.

«Парашютисты»

Заключенного помещают в камеру с осужденными, работающими на администрацию, те избивают его, принуждая лечь на пол, а затем прыгают на лежачего со второго яруса кровати. Таким избиениям подвергался не только погибший в «Матросской тишине» Алексей Шангин: по словам бывшего сотрудника КГБ, адвоката Михаила Трепашкина, он также столкнулся с этой практикой в колонии Нижнего Тагила.

«Коленопреклонение»

(ФСИН)

Форма пытки, применяемая, в частности, сотрудниками «красной» (живущей по режиму администрации) колонии строго режима № 6 в г. Ишим Тюменской области. Несговорчивых заключенных, активно придерживающихся воровских понятий, специально переводили в данную колонию из «черных» зон на перевоспитание («ломку»). Если они не соглашались отказаться от блатных понятий и соблюдать установленный в ИК режим, сотрудники брали под руки, закованные в наручники, так, чтобы колени постоянно соприкасались с землей и протаскивали по заасфальтированной дорожке через всю территорию колонии. Колени заключенных стирались об асфальт до мяса и костей, вместе с наколотыми на них «отрицаловскими» звездами, символизирующими отказ от сотрудничества с администрацией и приверженность воровскому укладу жизни (записано со слов бывшего сотрудника уголовного розыска Тюменского УМВД, отбывавшего наказание в нижнетагильской ИК-13 г. Александра Ремезова) (см. также «Приемка”).

Где пытают чаще

В СИЗО находятся по большей части подозреваемые в совершении преступлений, еще не получившие срок по своему уголовному делу, которое пока находится у следователя, в полиции или в суде. Здесь прямая заинтересованность — у одних раскрыть преступление, а у других — избежать ответственности.

Поэтому «профессиональный интерес» к людям в СИЗО всегда больше, чем когда человек уже осужден и находится в колонии — приговор-то получен, для чего на него давить дальше?

Кроме того, СИЗО — это камеры, закрытые помещения, где показушную «тишь да гладь» легче создать и многое утаить. Как в поговорке — что-то произошло в темной комнате ночью, попробуй потом разберись. В колонии все у всех на виду, если что-то случилось — тут же будут знать.

Такого, что в СИЗО повсеместно применяются пытки, что там средневековье, я не скажу. Конечно, где-то перегибают палку, как в последних резонансных историях, но это скорее зависит от личных качеств сотрудников, слишком ретиво исполняющих свои, как они полагают, «обязанности». Такого, чтобы был приказ по всем СИЗО добиться любой ценой признательных показаний от людей, этого нет.

Реже факты издевательств — это действия сотрудников, направленные на добычу информации от человека. Чаще — это высокомерие, желание показать, кто здесь главный, чувство власти или безнаказанности, как до поры до времени думают некоторые сотрудники.

Большая часть — человеческий фактор, желание выслужиться, ложно понятые интересы службы. Режим в колонии или в СИЗО на это, как правило, не влияет.

Настоящая работа по добыче информации от человека в СИЗО ведется очень тонко и хитро, без насилия, но для этого нужно определенное мастерство от оперативника или следователя. Но ведь не у всех хватает терпения и не все это умеют — раскрыть преступление. А потому для некоторых срабатывает животный инстинкт — надавить морально и физически, может человек сам признается.

Все зависит от человека в первую очередь. Человеческий фактор. Эти публичные истории с выплывающими наружу случаями пыток в колониях очень нужны, они многих и своевременно одергивают от желания «перегиба» палки.

Но в этих историях всегда есть обратная сторона: что за «личность» тот, которого истязали или издевались, побили, за что он — за какое дело — попал в колонию или СИЗО, и конкретно тот самый момент, за что его сейчас бьют.

Но все равно понятно, что никак не является оправданием для сотрудника то, что перед ним действительно преступник, опасный для общества, погубивший чью-нибудь жизнь.

За что бьют

Факты побоев, как правило, и в жизни, и за решеткой — это спонтанные моменты: оказался не в том месте, не в то время.

Вот пара примеров. Осужденный решил выразить свой протест против своей неудавшейся жизни. Сидит пятый или шестой срок, все статьи тяжкие. Никогда не работал — понятия не позволяют. Разбил в камере телевизор, новый плазменный. Сокамерники не предъявят, что смотреть нечего, он в авторитете. Разбил и требует новый, потому что смотреть им в камере нечего. И по закону должны его дать. И дадут! Страна и налогоплательщики купят новый.

Этого, что разбил, отправили в штрафной изолятор. Там отказался заходить в камеру, начал сопротивляться. Драка — у него пара синяков. В камере снова протест — снял раковину, разбил ею унитаз. Потребовал новый — ему в туалет надо ходить. Вывели снова, дали в зубы. «Для профилактики». Чтобы себя не забывал. Получил по рогам, сидит дальше смирно, пока ничего не бьет.

Другой пример. Осужденный идет на работу в колонии, его остановил сотрудник, докопался до какой-то мелочи — власть показать, у этого развод на работу, где его ждут, и если не придет, можно оказаться в штрафном изоляторе по факту невыхода на работу.

Слово за слово с сотрудником: «отпусти, меня ждут», тот не пускает, сказал в ответ что-то обидное. Этот плюет ему в лицо. Сотрудник бьет ему в лицо. Все видят. Прибегают другие сотрудники коллеге на помощь. В итоге осужденный в штрафном изоляторе, а сотрудника… ну, пожурили, чтоб на людях такого не творил.

Большинство конфликтов внутри тюрем происходят на пустом месте и длятся короткое время. Реже «для профилактики». Нет такого, что массовые побои заказывают или устраивают в колониях специально. Сотрудников не хватит. Не только сотрудники бьют, но ведь и сотрудников тоже бьют. Хотя, конечно, поменьше. Эти факты огласке редко предаются, в отличие от той стороны.

Равнодушие

Сами условия, сама служба сотрудника не позволяет кого-то жалеть. Это такой моральный порог, за которым ты можешь полноценно работать в колонии. Как говорится, «без соплей и сантиментов».

Как правило, отношение сотрудников к осужденным равнодушное — это очень помогает в работе трезво смотреть на вещи.

И вот когда перед тобой уголовное дело, и ты читаешь, что совершил тот или иной осужденный перед тем, как ты встретил его за решеткой, и бывает, скажешь только одно: «Во нечисть! Как таких земля носит?»

Ведь сидят и маньяки, и педофилы, и убийцы грудных детей. Есть и людоеды. И все они требуют к себе уважительного отношения в колонии — по «праву и по закону».

А какое может быть к ним уважительное отношение?..

Это уже тот уровень, где «право и закон» могут подвинуться на задний план. Как бытует среди сотрудников мнение, что не доходит до сердца маньяка самый лютый приговор суда, а вот удар сапогом в лицо достает до самого дна души.

Встречал я однажды в колонии одного повара осужденного. Общительный, верит в Бога, всегда улыбается, на хорошем счету, куча благодарностей, готов исполнить любое поручение, хлеб у него всегда свежий. Готовится освобождаться условно-досрочно, просит посодействовать, написать хорошую характеристику для суда.

«Работящий парень», — сказал я про него кому-то однажды. А в ответ: «А ты его приговор почитай!» Не поленился, открыл личное дело, начал читать. Я взрослый человек, и много зла видел в жизни, и меня этим не удивить. Но здесь мне стало плохо.

Двадцать лет назад этот повар заманил на реку знакомую девушку, которая что-то про него знала, — знала, как он убил кого-то при краже. Заманил на реку ее купаться и утопил. Ее утопил, а ее годовалого сына, что начал кричать на берегу, бросил в костер. Но то ли костер плохо горел, то ли этот повар спешил, а не поленился, достал из огня обгоревшего ребенка, оторвал с дерева ветки, стал душить его ивовыми прутьями, а после растоптал сапогами голову.

Я спросил про это, когда его встретил в следующий раз. «Двадцать лет прошло. Только Бог имеет право меня судить. Я пятнадцать лет на хорошем счету», — вот что он ответил. Ответил, окрысившись, со злобой, не улыбался.

Двадцать лет прошло… а с моей стороны для такого, как он, нет срока давности. И через двести лет. И через двадцать веков.

Подошел я тогда к кому нужно, и кончились его «пятнадцать лет на хорошем счету». Загремел в штрафной изолятор за мелкое нарушение — то ли за сигарету, не там закурил, то ли за то, что сел на кровать. За изолятор его выгнали из поваров, а там никто и не отпустил на досрочное освобождение, как нарушителя.

Да, есть и такие. Но это ведь единицы. Самое горькое, что сотрудники привыкают равнять всех под одну гребенку. Все зэки равны, все зэки — нелюди. Какая разница, за что сидит. Раз сюда попал, значит виноват. Не все сотрудники понимают или хотят понять, что и зэк человек.

Иногда ведь человек садится за конкретный принципиальный поступок.

Встречал осужденного, на которого написала заявление его бывшая до свадьбы подруга, что изнасиловал, украл сережки. Не хотела, чтобы жил с какой-то другой. У него уже семья. Получил пять лет. По поганой статье. Отсидел. Как сидел за «мохнатую статью» — об этом только догадываться можно. За это время распалась семья, в несчастном случае кто-то погиб, то ли жена, то ли ребенок. Но вышел, поехал к той подруге и убил ее. Получил новый срок. Уже 12 лет. Говорит: «Я не мог по-другому. Она мне всю жизнь искалечила. Я просто отомстил». Бог ему судья. Сколько людей, столько и судеб.

Что делать?

Что делать, чтобы тебя не били, чтобы не унижали, чтобы относились как к человеку в тюрьме?..

Да, скажу честно, ничего ты не сделаешь против этого. В тюрьме — значит виноват, преступник — значит не человек. И угодить всем, чтобы тебя не трогали, ты тоже не можешь. Тюрьма — это тоже человеческое общество. Но в волчьем обличье. Где, если ты слаб, тебя разорвут. И скрыться и защититься от этого ты не можешь. Никто не поможет! Ни адвокат, ни следователь! Они придут и уйдут, а ты останешься дальше в тюрьме.

Ты не можешь защититься от сотрудников, хотя с этими проще — на них можно пожаловаться, выше начальству или в прокуратуру. Но ты не можешь защититься от этого мира — от тюрьмы, от «зэчья», которые отберут у тебя, украдут у тебя, ударят. И они не работают с администрацией, они не актив зоны, они просто «масса». И если в тебе нет уважения к себе и моральных сил (не физических, они ничего не значат, ибо «масса» сожрет) — отстоять себя, ты будешь не жить 10 лет в колонии, а выживать. Или умрешь.

Это не законы тюрьмы. Это законы жизни. И бесполезно куда-то жаловаться. Да, пойдут под суд сотрудники, что били тебя, да, поменяют тебе отряд, где унижали тебя другие осужденные. Но всем им на смену придут другие, жизнь приведет завтра новых. И тебе снова стоять против них. И где-то нужно уступить, и где-то стерпеть, и где-то смириться. Чтобы выжить и вернуться домой. Где тебя ждут.

Нет никаких универсальных правил против тюрьмы. Есть одно — туда нельзя попадать. Тюрьма опустошает человека. До самого дна. Сколько бы ты ни сопротивлялся и каких бы ни достиг результатов, помни одно: у тебя забрали жизнь. И ты прожил ее не так, как нужно.

Это тебе решать, что делать, когда ты попал в тюрьму. Можно упрямо стоять — и тебя сильнее будут ломать. Можно пойти на уступки — и с тобой не станут считаться. Но можно быть мудрым — жизнь заставит. И выбрать вариант третий. Какой? А кто его знает?.. У каждого свой случай и собственная судьба.

Тюрьма — это трагедия. В жизни каждого. И сотрудника, и «блатного». И каждый переживает ее по разному. Но важно помнить, что жизнь не кончается с началом тюрьмы. Что нужно жить дальше. И тюрьма тоже кончится. А вот как и кем ты будешь в ней жить, решать только тебе. Никто не подскажет. Никто не научит. Учись сам.

Есть только одно, что может помочь, — не трать бессмысленно силы, если понимаешь, что не можешь ничего изменить. Сохрани себя для «после тюрьмы».

Избиения

Один из самых распространенных и неоригинальных способов пытки, в котором нередко участвует дюжина палачей как из числа сотрудников колонии, так и «активистов» — заключенных, работающих на администрацию. Чтобы от побоев не оставалось синяков и гематом, орудие избиения обматывают мягкой тканью — например, свитером или ватником, в которых заключенные ходят зимой. В карельской ИК-1 администрация, по словам одного из заключенных, предпочитает складывать тяжелые предметы в валенок, чтобы бить им по голове.

«После отбоя осужденные из числа «актива» без сопровождения сотрудников колонии зашли в камеру, где я содержался, схватили меня и увели в другую камеру, где положили на стол. Привязав руки и ноги к ножкам стола, «осужденные-активисты» засовывали мне в задний проход руки, от чего я испытывал невыносимые боль и страдания, у меня текла кровь», — с такой жалобой обратился к правозащитникам один из бывших заключенных ИК-47 Каменска-Уральского. При изнасиловании нередко используются подручные предметы: бутылки, ножки стула, дубинки.

«Ласточка», «Конвертик», «Палестинское подвешивание»

(ФСИН, МВД)

Человеку перематывают скотчем либо сковывают наручниками руки за спиной и ноги, причем руки и ноги между собой тоже сковывают, после чего подвешивают или держат в этом положении. Чтобы не оставалось следов, запястья могут предварительно обмотать мягкой тканью. «Подвешивание причиняет страшную боль в запястьях, кроме того, выкручиваются локтевые суставы и чувствуешь дикую боль в спине”, — рассказывал о пытках в Сегежской колонии Ильдар Дадин (см. также «Распятие”).

«Мешок»

(МВД)

Название пытки происходит от спортивной практики отрабатывания ударов по боксерской груше (мешку). «Растяжка» с одновременными ударами ногами (лоу-киками) по внутренним и внешним частям бедра и кулаками сзади по туловищу в районе внутренних органов (печени, почек, селезенки) (см.также «Растяжка”).

«Обучение»

(МВД)

Человека усаживают на стул, после чего сверху вниз наносят удары толстыми книгами (справочниками, энциклопедиями).

«Опустить»

(ФСИН)

Облить перед строем осужденных мочой, окунуть головой в унитаз при свидетелях, приказать «козлам» совершить в отношении человека сексуальное насилие (См. также «Изнасилование”, «Черный Гриша”, «Водолаз”).

«Пакет», «Магазин», «Супермаркет»

(МВД)

Пытка, аналогичная «Слонику”, только применяется полиэтиленовый пакет, затягиваемый на шее для воспрепятствования дыханию. По мнению руководителя «Комитета против пыток” Игоря Каляпина, прозрачный «Пакет” популярен потому, что пытающему приятно видеть лицо пытаемого (см. также «Удушение”, «Слоник”).

Так например в Оренбурге в ночь с 23 на 24 февраля 2011 года полицейские остановили Алексея Синегубова, сообщив, что на проспекте Победы совершено ограбление, и попросили проехать вместе с ними к потерпевшей для опознания. Синегубова привезли к отделу милиции № 2 ОВД по городу Оренбургу, к нему вышла потерпевшая и указала на Алексея, сказав: «Это он». Синегубова провели в отдел милиции, где сразу же поместили в камеру предварительного заключения.

После его отказа оговаривать себя в совершении какого-либо преступления полицейские повалили его на пол лицом вниз, при этом на руках Синегубова за спиной были застёгнуты наручники. Один стражей ппорядка сел на спину Алексею, принялся душить его целлофановым пакетом. Когда Алексей начинал задыхаться, ему давали отдышаться. Другие сотрудники наносили Алексею удары по телу и конечностям, требуя начать «говорить». Синегубов, не выдержав пыток, сказал, что во всём признается, но сотрудники не прекратили истязаний, требуя признаться в других преступлениях. Синегубов в ходе пытки потерял сознание. Когда он очнулся, сказал, что признается во всём, о чём его просят. Полицейский по имени Самат отвёл Алексея в туалет смыть кровь, после чего привёл обратно в кабинет. Двое избивавших Синегубова ушли, тогда Алексей отказался оговаривать себя в совершении преступления. Милиционеры Сергей и Самат накинулись на него, угрожая тем, что сотрудники, которые избивали его, вернутся и продолжат пытки. После этого избиения продолжились.

«Парашют»

(ФСИН)

Заключенного помещают в «пресс-хату» с сотрудничающими с администрацией лицами («козлами»), которые прыгают на него, предварительно насильно растянутого на полу, с верхнего яруса шконки.

«Печка»

(МО)

Провинившегося держат в железном контейнере на жаре, об этом, в частности, заявлял Комитет солдатских матерей.

«Подлечить»

(ФСИН)

Размещение здорового заключенного в одном камерном помещении вместе с больными открытой формой туберкулеза или ВИЧ/СПИД. Посуду для еды и питья предоставляют общую. Например, мать одного из осужденных Елена Кузнецова рассказывала про ИК-28 Архангельской области: «Семерых осужденных, в том числе моего сына, намеренно поместили в одну камеру (ПКТ) с осужденным Самбиевым Айнди Нутаевичем, который болен туберкулезом и гепатитом С. Когда мы добились перевода Айнди в больницу, он уже отхаркивал кровавые куски своих легких”. О помещении в одну камеру с туберкулезными больными рассказывали, в частности, узники Болотного дела. Очень распространена кличка медицинских работников в учреждениях ФСИН — «Доктор смерть”.

«Попить чай»

(ФСИН)

Насильно заливается в рот заключенному горячая вода — или другая жидкость — из чайника, вызывая ожоги гортани; также используется в пытке «Слоник” (см. «Слоник”).

Прижигание

(МО, ФСБ, МВД)

Также одна из самых известных пыток, хотя и не очень распространенных из-за оставляемых следов. Чаще всего о человека тушат сигареты, либо прижигают кожу зажигалками. Применяются также кипятильники, паяльники, утюги. За неимением других специальных средств и неразвитостью фантазии, вместе с избиением часто применялось российскими войсками в Чечне. Например на военной базе в Ханкале так пытали Ризавди Абубакарова, который рассказал, что его «били металлической трубой по культе ноги, пытали нагретым кипятильником, палили волосы на голове, прижигали сигаретами и оказывали психологическое давление, угрожая расправой над ним и его родственниками”.

А вот одно из дел 2008 года: Антон Ферапонтов вместе со своими друзьями Максимом Ниматовым и Вячеславом Садовским были доставлены в здание Дзержинского РОВД г.Оренбурга. Там им надевали на голову противогаз и пускали в дыхательный шланг дым от сигарет, подвешивали за руки и за ноги, связанные за спиной, тушили об них окурки от сигарет, и все это сопровождалось избиением. При этом от них требовали признательных показаний в нанесении тяжкого вреда здоровью бывшему сотруднику милиции. В итоге, так и не добившись нужных показаний, все трое были выпущены из отдела милиции.

А вот пример из Кабардино-Балкарии. 27 сентября 2004 года Расул Цакоев был задержан людьми в камуфляжной форме с нашивками «СОБР» и доставлен в 6 отдел МВД КБР. Там, в течение трех дней (27-29 сентября) ему прижигали голову, шею, плечи и лицо сигаретами, втыкали иголки под ногти, избивали резиновыми дубинками, связывали руки и ноги металлической проволокой, пытали электрическим током. Цакоева насильно напоили какой-то жидкостью, отчего его вырвало, дали таблетки, которые он выплюнул, делали уколы. В течение трех дней ему не давали ни пить, ни есть. 29-го его отвезли на свалку мусора и оставили там.

«Приемка»

(ФСИН)

Избиение и унижение вновь прибывших в место заключения с целью указать им на их «социальное место” в учреждении и обеспечить дальнейшее подчинение. Например, новичка прогоняют сквозь строй сотрудников, которые избивают его дубинками (см. также «Коленопреклонение”).

Приковывание

(МО, ФСИН, СК)

Пытаемого надолго приковывают к стене или неподвижному предмету. Как в прошлом году сообщала «Медиазона”, в Московском городском суде в помещении для ознакомления с материалами дел к стене прикреплено несколько металлических колец. Подследственных и подсудимых пристегивают к ним наручниками, оставляя свободной только одну руку. Подразумевается, что такая поза позволяет арестантам листать разложенные перед ними на столе документы, а охранникам — не волноваться, что те попытаются сбежать. Однако на деле конструкцию используют для пыток. Несколько человек обращались к правозащитникам, рассказав, что конвоиры пристегивали их к кольцам и, обездвижив, избивали — или же оставляли в таком положении на целый день.

Обвиняемый в пыточной комнате Мосгорсуда. Подлинное фото, полученное «Медиазоной» от сочувствующего конвоира.

«Профилактика»

(ФСИН)

Несколько сотрудников растягивают человека на столе или парте, при этом тело и руки вручную фиксируются при помощи силы после чего спецсредствами (резиновыми дубинками – ПР-73 или аналогами) наносятся многочисленные удары по пяткам или сухожилиям нижних конечностей. Как пишет автор журнала «Неволя” Алексей Рафиев, «что касается телесных наказаний, то необходимо упомянуть еще о битье по пяткам. Эта весьма популярная мера взыскания (пришедшая на Русь вместе с татаро-монгольским игом из Китая) призвана выбивать дурь из непокорного узника и приводит к опущению почек”.

Психологические пытки

(МО, МВД, ФСБ, СК, ФСИН)

В соседнем кабинете организуется избиение, а про доносящиеся крики и шум человеку говорят, что это его родственники, могут также угрожать изнасилованием родных и близких.

Военнослужащему говорят, что его товарища повели на расстрел.

Человека в обнаженном виде, в наручниках или без них, в ошейнике, выводят на всеобщее обозрение, либо оставляют на открытом месте. Например, из рассказа Нины Пономаревой («Материнское право”): «Раздели догола, сделали ошейники из ремней, поставили в голом виде на плацу перед всей частью. Потом в течение дня их в таком виде водили по всей части”.

Психологическими пытками также признано принуждение к невыполнимым действиям. Например в Следственном комитете одного задержанного принуждали к ознакомлению со 100 томами уголовного дела, будучи скованным наручниками по рукам и ногам. В зонах заключенных могут принуждать к таким «хозработам”, как чистка туалета зубной щеткой.

(См. также «Приковывание”, «Расстрел”, «Слушать музыку”, «Трудотерапия”)

«Распятие»

(ФСИН, МВД)

Руки и ноги растягивают на максимальную ширину и крепят к решетке или стене наручниками или веревкой (см. также «Ласточка”).

«Расстрел»

(МВД, СК)

Имитация внесудебной казни. Задержанного без свидетелей спускают в подвал с завязанными глазами или непрозрачным пакетом на голове, примотанным скотчем. После этого опускают человека на колени, развязывают глаза и несколько раз производят выстрелы в его сторону над головой из пистолета. Выстрелы должны производиться с близкого расстояния, чтобы их звук оглушал, а вспышки от пламени из ствола ослепляли. Аналогичный вариант – проведение пытки на открытом воздухе в отдалении от населенных пунктов. В этом случае вместо короткоствольного оружия применяется автомат. Фактор отсутствия свидетелей, наряду с громкими выстрелами, придает устрашающий эффект и дополнительное причинение мучений психологического характера.

В знаменитом инциденте, когда глава Следственного комитета Александр Бастрыкин вывозил в лес шеф-редактора «Новой газеты” Сергея Соколова, не было доказано, что он угрожал журналисту расстрелом, но сама мизансцена свидетельствовала о том, что угрожающие инсценировки — обычный прием в арсенале правоохранителей, которым не гнушается и глава Следственного комитета (См. также «Психологические пытки”).

«Растяжка»

(ФСИН, МВД)

Самый распространенный прием обращения с задержанным или заключенным. Ноги ставятся максимально шире плеч, на некотором удалении от стены, упор головой в стену лицом вниз, упор принимается на поднятые вверх руки, костяшками к стене. Эффективность достигается длительностью пытки. Применяется также в сочетании с другими средствами (См. «Мешок”).

«Сотряс»

(МВД)

Многократное сочетание ударов открытой ладонью по затылку задержанного, сопровождающиеся микросотрясениями головного мозга и дезориентацией в пространстве.

«Слоник»

(МВД, МО, ФСБ)

Могократно повторяющееся кратковременное удушение задержанного лица с использованием надетого на голову противогаза с перекрытым для доступа воздуха клапаном; в противогаз также может заливаться какая-либо жидкость. Например, сотрудник чеченского «Мемориала”Ахмед Гисаев, в 2003 похищенный и содержавшийся на военной базе в Ханкале, и впоследствии выигравший дело против России в Страсбурге, предполагает, что ему в противогаз заливали нашатырь (См. также «Удушение”,»Попить чай”).

«Славка»

(МВД)

Принудительное растяжение паховых мышц и связок у задержанного, которого предварительно укладывают на скамью и приковывают наручниками, после чего через одну из ножек этой скамьи перекидывается веревка, за которую тянут его за ногу;

«Слушать музыку», «Музыкальная шкатулка»

(ФСИН)

Длительное или круглосуточное лишение человека отдыха и сна путем включения громкой музыки в условиях камерной изоляции. Также довольно популярный вид пытки, использовавшийся ранее в американском лагере Гуантанамо

Музыка иногда включается и на территории всей колонии, иногда из двух разных источников, от подъема и до отбоя. Некоторые заключенные жалуются на стиль музыки («Включают только попсу”). Во Владимирском централе один из заключенных в марте 2018 г. подал в суд на пытки музыкой, но без объяснения отозвал иск в ходе рассмотрения (См. также «Психологические пытки”).

Пытки суровыми условиями содержания

Для давления на заключенных администрации колоний придумали несколько способов ухудшить условия содержания: отключение отопления в холодное время года и пытки голодом. Об этом писала из мордовской ИК-14 Надежда Толоконникова: «В ШИЗО стоит невероятный холод. Это же старый, еще с советских времен изученный лагерным начальством ход — создание невыносимо низкого температурного режима в камерах ШИЗО, чтобы наказание превратилось в пытку. Я сижу на узкой холодной скамье и пишу. Сидеть на кровати — или тем более лежать на ней — я не имею права. Тусклый холодный свет, только холодная вода в кране».

«Трудотерапия»

(ФСИН)

Направление на уборку туалетов, мест общего пользования, уборку снега или колку льда в зимнее время года (без ограничения продолжительности работ). Нередко этот вид физического мучения применяется к людям, уже имеющим проблемы со здоровьем (см. также «Психологические пытки”).

Удушение

(ФСИН, МВД)

Тем или иным способом заключенного лишают возможности дышать. В частности, очень популярны пытки «Пакет” и «Слоник”, но пытаемого могут и просто душить веревкой или руками. В июле 2018 г. в Брянской области заключенный погиб от того, что его лицо перевязали тканью, и он умер от асфиксии (См. также «Пакет”,»Слоник”, с целью лишения воздуха применяют также пытки «Водолаз” и «Утопленник”).

«Утопленник»

(МВД)

Имитация утопления задержанного. Человека растягивают на плоскости, фиксируют тело в нейтральном положении, накрывают лицо тряпкой, после чего льют из шланга или из ведра воду в районе дыхательных путей (см. также «Водолаз”).

Удавка или пакет

Удавкой может стать любая веревка, ремень или резинка, которые чаще всего используются не самостоятельно, а с пакетом, надетым на голову заключенному. Иногда для усиления эффекта в пакет брызгают перцовым спреем. Если заключенный погибает от удушья, его смерть не составляет труда выдать за самоубийство.

«Холодильник»

(ФСИН, МВД)

Помещение заключенного в камерное неотапливаемое помещение в холодное время года без теплой одежды, матрасов и постельного белья; в полиции бывали случаи, когда задержанного для получения показаний выводили на мороз, пристегивали к чему-либо, и ждали, пока он не окоченеет.

«Чёрный Гриша»

(МВД)

Форма изнасилования инородным предметом (обычно резиновой дубинкой). Из-за черного цвета материала спецсредства и пошло название пытки. ПР-73 принудительно вставляется в задний проход. Зачастую спецсредства заменяются подручными предметами – швабра, бутылка и т.д. (См. также «Изнасилование”, «Опустить”).

«Электрический стул»

(МВД)

Еще в 2009 году сотрудники ОВД «Домодедово” изготовили самодельный электрический стул для выбивания показаний из задержанных. Одной из жертв пыток на этом стуле стал 28-летний Дмитрий Крючатов. Ему не повезло — он был лично знаком с одним из фигурантов дела по краже, но на момент совершения преступления находился далеко за пределами Московской области, что было подтверждено свидетелями и телефонным биллингом. Несмотря на алиби, к Дмитрию нагрянули трое оперативников и забрали его в отделение. Мужчина вернулся домой спустя двое суток. Дмитрий вспоминает, что ему на голову надели черный мешок, к рукам присоединили провода и пропустили через него ток. «К какому устройству были присоединены провода, я не знаю — не видел из-за мешка на голове», — рассказал мужчина. Ранее в том же отделении пытали 48-летнего местного жителя, подозреваемого в краже. пытки происходили по той же схеме, с той лишь разницей, что ноги подозреваемого были помещены в таз с водой.

(О других пытках электричеством см. также «Звонок другу” и «Электровспоминатель”)

«Электровспоминатель»

(ФСБ, МВД, ФСИН)

Особенно популярен в ФСБ, широко применяющей его, например, в Крыму, в деле «Сети” и других «экстремистских” и «террористических” делах. Недостаток электрошокера в том, что он оставляет следы на теле, поэтому его стараются применять к тем задержанным или заключенным, которые будут долго изолированы в камере без доступа к адвокату или возможным свидетелям. Например, фигурант дела «Сети” Дмитрия Пчелинцев рассказал своему адвокату: «…когда меня пытали током, у меня был полон рот крошеных зубов от того, что я сжимал зубы от сильной боли, и у меня была порвана уздечка языка, весь рот был полон крови, и в один из моментов один из пытавших сунул в рот мой носок» (См. также «Звонок другу” («Звонок Путину”), «Электрический стул”).

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *