Сизо, это что?

Порядок и правила проведения свиданий в следственном изоляторе закреплены в Федеральном законе № 103-ФЗ от 15.07.1995 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (глава II, статья 18) и Приказе Минюста РФ от 14.10.2005 №189 «Об утверждении правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» (статья 16).

🔥 Согласно регламентирующим документам, подследственный имеет право на 2 краткосрочных посещения (до 3 часов) родными и близкими в месяц, а также безлимитные встречи с адвокатом и нотариусом.

Как добиться свидания в СИЗО родственникам

Встречи подозреваемых и обвиняемых с родственниками осуществляются с дозволения должностного лица или органа, ответственного за ведение уголовного дела. Чтобы получить разрешение на свидания с подследственным, надо подать заявление на имя следователя (он может отказать, чтобы лишить не сознающегося в преступлении человека моральной поддержки со стороны близких), судьи (если дело уже передано в суд) или начальника СИЗО (если обвинительный приговор уже вступил в силу). При принятии решения о допуске / недопуске встреч лица с обвиняемым будет учитываться степень родства и возраст посетителя (он должен быть совершеннолетним).

Гражданской жене / мужу для получения разрешения на посещение подследственного необходимо предоставить документы, свидетельствующие о том, что они проживают на единой жилплощади. Доказательством может быть общий адрес регистрации или общий банковский счёт. В отсутствие официальных подтверждений получить разрешение на встречу с гражданским супругом будет затруднительно.

После получения разрешения на посещение, нужно добиваться конкретно встречи. Для этого подаётся запрос на имя начальника СИЗО, к нему прикладывается оформленное разрешение. Далее придётся ждать. В случае большой очереди срок ожидания может растянуться на месяцы.

О дате назначенного свидания представители СИЗО оповещают родственников заранее. Выданное разрешение действует только на одну встречу. Для каждого последующего визита придётся оформлять новый «пропуск». Одновременно на свидании с подследственным могут присутствовать не более 2-х взрослых посетителей. То есть прийти всем семьёй не получится.

Как проходят в следственном изоляторе свидания с родственниками

Встречи подозреваемых и обвиняемых с родственниками осуществляются в порядке живой очереди, поэтому посетителям иногда приходится ждать по 3 часа.

К свиданиям с подследственными не допускаются лица:

  • в состоянии алкогольного или наркотического опьянения;
  • не имеющие при себе удостоверяющих личность документов;
  • не вписанные в разрешение на посещение.

Свидания в СИЗО проводятся под контролем сотрудников учреждения в специально оборудованных помещениях с разделяющей стеклянной перегородкой, которая исключает возможность передачи заключённому запрещённых предметов. Общение осуществляется через переговорное устройство. Сотрудники следственного изолятора имеют возможность прослушивать разговоры обвиняемых с родственниками.

Свидание может быть досрочно прекращено в следующих случаях:

  • При попытке передать заключённому запрещённые предметы, вещества, продукты питания. (Речь идёт о передачах, которые оформляются отдельно. В комнату для встреч посетителю вообще запрещено что-либо с собой приносить.)
  • При попытке передачи подозреваемому сведений, которые могут способствовать сокрытию истины о расследуемом уголовном преступлении или совершению нового.
  • В случае порчи имущества учреждения.

Факт досрочного прекращения свидания снижает вероятность получения разрешения на новое.

Привлечение подозреваемых к работе

Во время пребывания в изоляторе человек должен получать возможность зарабатывать деньги. Организация условий для этого ложится на плечи администрации. Подозреваемым необходимо сделать следующее:

  • написать заявление о желании временно трудоустроиться в адрес начальника учреждения;
  • подождать ответа в течение трех дней;
  • приступить к выполнению вверенных обязанностей.

Трудиться придется в камере или на территории заведения. Обязанности заключенным вменяют без высокой квалификации (чернорабочий, дворник, к примеру). Тем, кто успешно справляется с работой, могут позволить отбывать наказание в стенах СИЗО.

Всем работающим подозреваемым начисляется зарплата. С платежа удерживаются налоги и сборы (алименты, в случае наличия распорядительного документа). Деньги перечисляются на личный счет человека.

Прогулка

С целью поддержания здоровья людей, содержащихся в закрытых помещениях, организуются их прогулки на свежем воздухе. Для этого на территории учреждения организуются дворы. Их оборудуют:

  • скамейками;
  • навесами от осадков;
  • песочницами и зеленью (для женщин, находящихся в привилегированном положении);
  • местами для активных занятий спортом (для несовершеннолетних).

Длительность пребывания на воздухе различна для определенных групп. При этом выводятся во дворик одновременно только «жители» одной камеры. Для того чтобы предотвратить несанкционированное общение создается скользящий график прогулок. Длительность последних составляет:

  • один час в общем режиме;
  • два — для несовершеннолетних;
  • не ограничено — для беременных и мам с малышами.

Подсказка: если обвиняемый пропустил время прогулки ввиду участия в следственных мероприятиях, то следует написать заявление начальству. Время предоставят дополнительно в иные сроки.

Можно ли пользоваться телефоном

Мобильные телефоны в камерах запрещены. Поговорить подозреваемый может только по официальной линии, находящейся под контролем администрации. На таковой внешний контакт необходимо письменное разрешение органа, ведущего дело (суда, полиции). Разговор происходит под контролем сотрудника СИЗО. Причем последний имеет право остановить переговоры в любой момент. Основания таковы:

  • передача неположенных сведений, вредящих расследованию;
  • использование иностранного языка, не заявленного первоначально.

Внимание: оплата за использование связи происходит из средств обвиняемого.

Прием

Помещение в следственный изолятор осуществляется на основании документа. В частности, конвой обязан предоставить сотруднику:

  • решение суда с печатью;
  • протокол о проведении задержания (если таковое осуществлялось);
  • паспорт клиента;
  • свидетельство о рождении малолетнего до 3 лет, прибывшего с матерью;
  • иные документы, подтверждающие родство.

Подозреваемый проходит такие процедуры:

  • обыск;
  • осмотр медиком;
  • собеседование, в ходе которого ему разъясняются права и обязанности;
  • размещается в камере.

Беременным и женщины с детьми создаются более комфортные условия содержания. Несовершеннолетних помещают отдельно в камеры, рассчитанные на 4-6 человек. Вместе с лицами, не достигшими восемнадцати лет, может размещаться осужденный с хорошей характеристикой. Для этого требуется разрешение надзирающего прокурора.

Важно: если в ходе обследования у клиента выявлены повреждения организма, медик составляет акт. Документ направляется руководителю СИЗО.

Пара слов о порядке оформления передач

Всё, что родственники приносят подозреваемому, подвергается тщательной проверке. Сигареты переламываются пополам, чтобы убедиться, что внутри них ничего не спрятано, бумажные и пластиковые упаковки сыпучих и жидких веществ вскрываются. Поэтому табачные изделия, чай и некоторые продукты питания по возможности лучше не из дома приносить, а покупать в ларьке на территории СИЗО.

В случае обнаружения запрещённых предметов – алкоголя, наркотиков, средств связи (телефона, сим-карты), порнографии – поднимается вопрос об объективности предоставления свидания.

Что делать, если во встрече с заключённым отказали

Если заявление на имя следователя было отклонено, требуйте, чтобы этот отказ был оформлен в письменном виде. Получить письменный отказ могут как сам обвиняемый, так и запрашивавшие о свидании родственники или адвокат. Вместе с защитником с полученным документом следует обратиться к начальнику СИЗО.

Если и данная мера результата не принесла, рекомендуется либо написать жалобу в прокуратуру, либо подать апелляционную жалобу и обратиться в Европейский суд по правам человека.

Судья и начальник следственного изолятора в свиданиях обвиняемого или уже осуждённого с родственниками редко отказывают. Исключение составляют лишь те случаи, когда выявлена попытка оказать давление на следствие или когда заключённый нарушает внутренние правила места содержания под стражей. В случае получения официального отказа суда можно попробовать подать кассационную жалобу.

О длительных свиданиях в СИЗО

Долгосрочные встречи в СИЗО предусмотрены только для тех заключенных, по делу которых уже вынесен приговор суда. Порядок получения разрешения на длительное свидание примерно тот же, только выдаёт его не следователь, а председатель суда или начальник СИЗО.

Встречи подследственного с адвокатом

Количество свиданий подозреваемого или обвиняемого с защитником не регламентировано. Встреч может быть сколько угодно, и продолжаться они могут столько, сколько потребуется адвокату и самому подследственному.

Свидания с защитником проходят тет-а-тет, без разделительных стеклянных перегородок и переговорных устройств, в условиях полной конфиденциальности. Сотрудник СИЗО имеет возможность только видеть участников беседы, но не слышать её содержание.

Если адвокат предпримет попытку передать подследственному запрещённые предметы, вещества, продукты питания, встреча тут же будет прекращена. Администрация СИЗО инициирует проверку по факту досрочного завершения свидания. О нарушении будет оперативно проинформирован территориальный орган Минюста РФ. Заключение с копиями материалов проверки будет направлено в Совет адвокатской палаты субъекта Российской Федерации, членом которой является адвокат, для решения вопроса о его ответственности с последующим уведомлением администрации СИЗО.

Встречи с нотариусом

Свидания в следственном изоляторе с представителем нотариата осуществляются в тех же условиях, что и с адвокатом: наедине, без стеклянных перегородок и подслушивающих устройств. Сотрудник СИЗО может видеть то, что происходит в комнате, но не слышать разговор.

Число и продолжительность встреч подследственного с нотариусом в целях удостоверения доверенности на право представления интересов в сфере предпринимательской деятельности не ограничены (п. 3.1 ч. 4 ст. 46 и п. 9.1 ч.4 ст. 47 УПК РФ).

Нотариус имеет право проносить на встречи с клиентом, содержащимся под стражей, предметы и документы, которые ему необходимы для осуществления профессиональной деятельности, в т.ч. копировальную и копировально-множительную технику.

При попытке передачи нотариусом заключённому запрещённых предметов встреча будет немедленно прервана. Администрация СИЗО инициирует проверку по факту досрочного завершения свидания. О нарушении будет оперативно проинформирован территориальный орган Минюста РФ. Заключение с копиями материалов проверки будет направлено в нотариальную палату субъекта Российской Федерации, членом которой является нотариус, для решения вопроса о его ответственности с последующим уведомлением администрации СИЗО.

Распечатаем и доставим фотографии в учреждения ФСИН

✔ Печатаем цветные фотографии на фотобумаге
✔ Отправляем уведомления о доставке
✔ Оперативно отвечаем на вопросы по телефону и в чате
✔ Стоимость услуги от 150 ₽

Заполните небольшую форму и загрузите фотографии. Оплатите любым удобным способом. Мы напечатаем фотографии и отправим их в учреждение ФСИН с курьером. Вы получите уведомление о доставке, а заключенный – ваши фотографии.

Статья 99 УИК РФ гарантирует на каждого осужденного норму жилой площади не менее двух квадратных метра. На примере нашей колонии, эта норма соблюдается.

В общежитиях отрядов проживает от 80 до 90 человек на 180-200 квадратных метрах. То есть, на каждого осужденного, приходится не менее двух квадратных метров, а то и все два с половиной. Полагаю, что в связи с постепенным уменьшением количества колоний в стране, но не снижением количества осужденных, эта ситуация может измениться в худшую сторону. Но даже эти, прописанные в УИК нормы, хоть и выдерживаются, но всё равно загоняют арестантов в довольно скученные условия, не создающие предпосылок для здорового образа жизни.

Согласно той же статьи УИК, осужденные должны обеспечиваться индивидуальными средствами гигиены. Как минимум мылом, зубной щеткой, зубной пастой, туалетной бумагой, одноразовыми бритвами.

Качество этих, как их называют арестанты, «положняковых» бич-пакетов, совсем невысокое. Таким мылом не рекомендуется даже стирать одежду, не то, чтобы еще мыться самому. После него остается едкий и очень стойкий запах, который долго не выветривается.
Туалетной бумаги выдают мизерный рулончик длиною 20 метров на месяц, которого хватает в лучшем случае на неделю.

О бритвах и говорить нечего. Мне пришлось такой бриться один раз, как только я попал в СИЗО и еще не успел обзавестись своей. Непередаваемые ощущения. Единственное, на что сгодятся «положняковые» бритвы – на извлечение из них лезвий и использование их в быту. Ведь постоянно нужно что-то отрезать во время бесконечных пошивочных работ. С ножницами всегда проблема, а с лезвием дело двигается намного быстрее.

Зубная паста в этом наборе «на любителя». Она хорошо отмывает застарелую грязь с посуды. Ее действие не хуже, чем у «пемоксоли». Но чистить ею зубы, я бы не рекомендовал, можно сильно повредить эмаль. А зубы – одна из главных забот в колонии, причем независимо от срока.

«Бич-пакеты» производятся в других колониях такими же зэками. А всё, что сделано в рамках фактически подневольного труда, по крайней мере, в отсутствие какой бы то ни было материальной заинтересованности со стороны осужденных, имеет низкие качественные характеристики. И других иметь не может. Помимо этого, те, кто получает заработную плату или пенсию, должны возмещать стоимость данных средств гигиены.

В комплект выдаваемой арестантам одежды установленного образца входят такие предметы как трусы, майки и портянки. Но, как и вышеперечисленное, это тоже производится силами осужденных, и ходят в этом «нижнем белье» совсем неимущие.

Выход из этой ситуации один – самостоятельное приобретение нормальных, «человеческих» средств гигиены, а также носков и прочего необходимого, называемого арестантами «мыльно-рыльными» принадлежностями. И на них уходят немалые, по тюремным меркам, средства.

Разумеется, соблюдение личной гигиены куда больше зависит не от колонии, а от самого осужденного. Никаким кодексом держать зэков в чистоте не получится. На многое влияет атмосфера и слаженность в отряде: от желания и организации проветривания помещения общежития, частоты мытья полов и курения (точнее, его отсутствии) в бараке. Ведь если по всему отряду валяются окурки и кучи пепла, а табачный дым поднимается над отрядом, как утренний туман, то ни о какой гигиене не может быть и речи. К сожалению, это понимают далеко не все.

Отдельная тема – стирка и помывка. В каждой колонии работает банно-прачечный комплекс (БПК). Постельное белье собирается централизованно со всего отряда один раз в неделю и стирается, и сушится на БПК. Вечером оно возвращается в барак, разбирается арестантами и дожидается следующей стирки через неделю.
Многие осужденные не доверяют «общаковой» стирке и во время помывочных процедур долго и упорно трут и драят свои простыни и наволочки, затрачивая собственные силы и стиральный порошок. Некоторые, таким образом, поход в баню превращают в длительный процесс помывки, стирки, атмосферной сушки постиранного белья. Он занимает у них чуть ли не целый день. Разумеется, может прибежать «бешеный» сотрудник и испортить всю «малину», приказав заканчивать помывочные мероприятия и следовать обратно в барак. Но на помывку одного отряда отводится, как правило, несколько часов. Если осужденный не выходит за пределы этого времени, ничего с ним не поделаешь.

Помывка арестантов производится два раза в неделю согласно графику, утвержденному начальником колонии, в помещении так называемой «бани». Она так поименована, потому что давно, еще при царе горохе, тут наличествовала парная, ныне превращенная в складское помещение. В остальном она ничем не отличается от обыкновенной помывочной.

В положенный час осужденные собираются у выхода из локального участка и организованно, построившись в колонны, идут в «баню». Там в их распоряжении оказывается пара десятков тазиков, несколько кранов с горячей и холодной водой и несколько душей, никакими перегородками друг от друга не отделенных.

Сложность в том, что напор воды совсем небольшой и включить одновременно краны и души нельзя. Либо там, либо тут воды попросту не хватит. При большом скоплении народу это вызывает очереди к кранам, вечную нехватку тазиков и прочий дискомфорт. Помыться с удовольствием удается редко, в основном, это простое намыливание всех частей тела и смывание накопившейся грязи. По этой причине многие арестанты, кроме «положняковых» помывок, греют в бараке воду (горячего водоснабжения там нет) и устраивают дополнительное купание. Без этого не обойтись.

Там же, на БПК находится парикмахерская. Длина волос и бороды арестантов – предмет пристального внимания сотрудников администрации. Волосатых и бородатых они страсть как не любят, особенно если это ребята с Северного Кавказа.

Ведь пункт 16 Правил внутреннего распорядка вменяет осужденным в обязанность не только соблюдать правила личной гигиены. Длина волос на голове должна определяться с учетом стрижки машинкой с использованием насадок, обеспечивающих длину волос до 20 мм. Длина бороды или усов должна быть не более 9 мм. Все осужденные, прибывшие в исправительное учреждение, проходят комплексную санитарную обработку, короткую стрижку волос, короткую правку бороды и усов при их наличии.

К парикмахеру выстраивается огромная очередь. Борьба за место под солнцем в виде стрижки идет серьезная. Помимо соблюдения ПВР арестантами движет еще и желание получить хоть какую-то услугу, отдаленно напоминающую о свободе – поход в парикмахерскую. Но с точки зрения санитарии, я бы в этом «салоне» был предельно внимателен. Советую обзавестись индивидуальной машинкой для стрижки волос, ибо шанс подхватить какую-нибудь заразу высок, ведь контингент тот еще. В крайнем случае, требуйте от парикмахера дезинфекции общей машинки перед стрижкой. Раствор для этого у него должен быть.

Могу дать еще один «гигиенический» совет. Особенно следите за зубами и если хотите сохранить их. Не злоупотребляйте крепким чаем. Так уж повелось в нашей стране, что зэку положено пить крепкий чай, называемый иногда «чифир». Для многих «чифирнуть» – одно из главных удовольствий арестантской жизни. Причем это касается как впервые осужденной молодежи, полной грудью вдыхающей тюремную романтику, так и тех, для кого попадание в колонию стало нормой жизни.

Хочу сказать, что этот процесс постоянного вливания в себя отвратительной черной жижи вреден как для желудка, так и для зубов. Много раз видел арестантов, причем очень юных, с уже вывалившимися от такого «удовольствия» передними зубами. Их улыбка ничего кроме жалости произвести не может. Вот вам и вся романтика.

Попав в места лишения свободы, я бы рекомендовал арестантам, не просто чистить зубы два раза в день, как вы делали это на свободе, но и особенно тщательно ухаживать за полостью рта. Полощите рот после каждой еды, после каждой выпитой чашки чая или кофе, систематически используйте зубную нить (она не запрещена). Со стоматологами в колониях вечные сложности и возможно, что лечение всех зубных проблем придется отложить до освобождения. Уделяйте внимание всем системам вашего организма, но зубам и их гигиене – особенное.

Последний совет арестантам, стремящимся соблюдать собственную гигиену. Не надейтесь на УИК, ПВР и администрацию лагеря. Чистота, порядок и гигиена зависят только от вас, атмосферы в бараке и желания жить в относительно комфортных условиях. Не один раз замечал отдельную категорию осужденных – у них белые зубы, всегда чистые ногти и моются они, не смотря на все препятствия: трут пятки пемзой, обрабатывают щипчиками ногти на руках и ногах, в общем, максимально следят за собой. Считаю, что если ставить перед собой задачу остаться в колонии человеком во всех смыслах слова, то это – правильный путь.

Влияние тюрьмы на женщин

При сравнении условий содержания мужчин и женщин, можно заметить явные различия. Строгость условий отбывания наказания разная. В женских общинах так же присутствуют правила, нормы, структура и распорядок. Однако, слабый пол ведет тюремную жизнь значительно спокойнее. Становясь заключенной, преступница остается женщиной, хранительницей очага. Самые частые эпизоды выраженного отрицательного проявления встречаются у, так называемых, «малолеток», проще говоря, несовершеннолетних преступниц. Для усмирения этой категории часто принимаются меры воспитания. Девочку помещают в камеру со взрослыми осужденными, где на их примере провинившаяся учится быть мудрее и приносить пользу.

Большая часть женщин-заключенных оказываются за решеткой за единичные случаи, бытового и случайного характера. Поэтому, пройдя этап исправления, они имеют шанс на адаптацию гораздо выше мужчин. Рецидивисток среди них, конечно, тоже хватает. Но тезис «Мой дом – тюрьма», в отличие от некоторых мужчин-заключенных, как правило, у дам отсутствует.

Церковь и тюрьма

Когда тюрьма меняет людей, многие бегут в церковь. Когда бежать уже некуда, а вокруг одни решетки и стены, нет ничего проще чем потеряться в рутине монотонного повторения дней, одного за другим. Как этого избежать? Никак. Но есть способы, позволяющие не сдаваться. И церковь приходит на помощь.

Тюрьма это место, где концентрация грехов на квадратный метр, зашкаливает. И это повод для того, что бы искать пути отпущения этих грехов.

Многие преступники стараются наверстать утерянную духовную чистоту обращением к вере. Кто-то делает это из желания снять с себя груз, кто-то, потеряв надежду, надеется обрести ее через Бога, а кому-то просто нужно иногда чувствовать, что существует хоть кто-то или что-то, что не осуждает, не пугает, не контролирует, а понимает и поддерживает морально в этот тяжелый момент. Дефицит доверия на службах может немного сократиться, если молящийся искренне этого хочет.

Известны случаи, когда именно вера в Бога возвращала человека в свободную жизнь с положительным исходом. Некоторые бывшие заключенные продолжали свой духовный путь в монастырях, в неустанном служении Господу.

Но чаще всего, к сожалению, церковь помогает виновным только в самой тюрьме. Как только такой элемент возвращается в реальный обычный мир, постепенно вся приверженность к религии испаряется за ненадобностью защиты. А само освобождение ошибочно трактуется, как отпущение грехов.

Просмотров статьи: 1 341

Развитие мира приводит к изменению всего: росту возможностей, технологий, социума, науки, взглядов и мировоззрения. Вместе с положительной динамикой, обусловленной необходимостью и желанием повышения уровня жизни, возрастает и негативный аспект. Чем больше полезного создает человек, тем больше изощренных преступлений рождается в среде преступного мира. Что вызывает острую нужду в том, что бы замедлить (а в идеале – полностью искоренить) процессы развития неблагочестивых поступков. Разберемся, как тюрьма меняет людей.

Развитие правосудия претерпевало множественные изменения в своих методах, видах и способах. Самым ходовым вариантом было, есть и будет – лишение свободы. Данный метод основан на задачах перевоспитания преступника, его исправления и искупления. Однако, дисциплина, соблюдение правил и законов в тюрьмах, к сожалению, зачастую не дает осужденным чувство вины или желание все изменить. Выполнение строгих правил у таких элементов – способ выжить.

Каждый день любого зека – это «день сурка» с исполнением строгого режима дня, последовательности деятельности, самообладания. Любое отклонение от принятых в заведении мер, может вызывать негативные последствия и травмы, как физические, так и моральные. По этой причине, любому, кто попал за решетку, неизбежно придется мириться с внутренними устоями, признавать авторитеты. При этом нет глубокой разницы, виновен ли осужденный. Если довелось оказаться в местах лишения свободы, условия максимально безопасного пребывания диктуют свои требования. Именно с этого начинаются первые и последующие изменения в психике человека.

Самодостаточные «прокаженные»

Психологи, проводившие в ряде российских МЛС исследования поведения заключенных, принадлежащих к различным мастям-кастам, пришли к любопытным выводам относительно самопозиционирования представителей низшей из тюремных категорий зеков – «опущенных» («петухов», «обиженных» и т.п.). Они, как правило, не хотят покидать свой, отгороженный от основной массы заключенных, мирок – с персональными углами для ночлега в тюремных камерах или в отрядах колоний, предназначенной только для них посудой и другими «выделенными привилегиями». Там их никто не трогает, они сами по себе.
Более того, «опущенные» в какой-то степени чувствуют собственную необходимость в системе тюремного мира, отдавая себе отчет в том, что их грязную работу (уборка отхожих мест, производственных помещений, чистка выгребных ям и т.д.) больше делать некому.
Между тем отгороженность «опущенных» от остальных зеков обусловлена не только и не столько брезгливостью по отношению к ним со стороны сокамерников, сколько страхом «зафоршмачиться», «загаситься», вступив в контакт с «петухами».

«Неважно, что голова набок висит»

— В те годы, когда я сидел , в Саратове пресс-хат было через одну, одна треть точно прессовых. Сейчас от силы на корпус одна-две, и сидят там не 10-15 человек, как раньше, а 5-7, — рассказывает Курьянов.

В 2016 году он посетил саратовский изолятор как общественный защитник и до сих пор общается с теми, кто оттуда выходит.

— Старшим был отсидевший срок на тюремном режиме — это самый строгий, дают за многочисленные взыскания. Такой матерый жук, — рассказывает собеседник «Ленты.ру», — Он отсидел 14 лет и опять врюхался в какую-то фигню. И если на прошлом сроке он заслужил себе крытый режим за противостояние с администрацией, то вновь заехав, он понял, что здоровья уже не хватит, и «переобулся» — начал сотрудничать с администрацией. Накачанный, в прошлом занимался единоборствами, он стал трясти семерых сокамерников: вымогал деньги, склонял к явкам…

По словам Курьянова, раньше на пресс-хатах работали куда более топорно, чем сейчас.

— Я застал такое: дважды в день приходят с проверками, посчитать по головам. И вот в пресс-хате лежит избитый человек, наглухо отдубашенный, его в чувство привести не могут. И что делали: этого человека стоя приматывали за руки скотчем к двухъярусной шконке, рядом с ним вставали на поверку остальные сокамерники, и получается, что он в толпе стоит на ногах — неважно, что он без сознания, что голова набок или вниз висит. Стоит вертикально — и ладно. Сотрудники зашли, посчитали по головам, все в порядке.

Сейчас «активисты» действуют аккуратнее, да и пресс-хат стало меньше. В 2010 году были отменены общественные секции дисциплины и порядка, состоявшие из «активистов». По сути это были легализованные сборища стукачей и «быков», благодаря которым целые колонии считались пыточными. Но если в колонии или изоляторе, как сегодня, есть одна-две пресс-хаты — этого вполне достаточно, чтобы держать в страхе весь контингент.

Впрочем, по данным Петра Курьянова, в московских СИЗО сейчас нет «настоящих пресс-хат». Он полагает, что в Москве администрации учреждений не могут себе позволить такое явное нарушение законов, как на периферии. Но такие камеры до сих пор существуют в СИЗО Саратова, Екатеринбурга, Челябинска, Минусинска, Владимира, Ярославля…

— В Екатеринбурге, допустим, пресс-хат не меньше десятка, — рассказывает правозащитник, — В Омске одна треть камер — прессовые, а в Красноярске хоть и рапортуют, что у них отличное СИЗО, но на деле там вместо пресс-хат работает группа быстрого реагирования (ГБР). Проще говоря, все камеры снабжены видеонаблюдением, и если кому-то показалось, что в одной из камер конфликтная ситуация (или просто ради того, чтобы арестанты не расслаблялись), — включают сигнализацию. В камеру влетают сотрудники ГБР с дубинками, всех без разбору лупят и кладут на пол. А потом говорят: это учения были.

Слова правозащитника подтверждают ролики с YouTube, которые в комментариях не нуждаются.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *