Колония Тверь

Поддерживать порядок в исправительной колонии № 1 администрации помогают сами осужденные

Из девяти исправительных учреждений пенитенциарной системы Тверской области только одно носит негласный статус «красной» зоны. «Блатной закон» здесь не работает, а правят администрация и те осужденные, что встали на путь исправления и перешли на сторону руководства колонии в надежде получить определенные льготы при рассмотрении вопроса об условно­досрочном освобождении (УДО) или переводе в учреждение с более либеральными условиями содержания.

Речь идет об исправительной колонии строгого режима № 1 для содержания мужчин в тверском поселке Большие Перемерки, где наказание отбывают порядка 1500 человек.

Колония ведет свою историю с 1937 года. В советские времена это была колония усиленного режима, где содержались осужденные, впервые совершившие тяжкие и особо тяжкие преступления. Сейчас это учреждение строгого режима, где по­прежнему содержатся осужденные, впервые совершившие тяжкие и особо тяжкие преступления.

Перестройка ознаменовалась для колонии ослаблением режима: в управлении зоной наряду с администрацией участвовали криминальные авторитеты. Впрочем, подобная картина наблюдалась повсеместно.

Послаблению в зонах были объективные причины: сотрудники многих исправительных учреждений, и Больших Перемерок в частности, поменяли службу в системе на коммерцию.

– К концу 1990­х – началу 2000­х годов вместе со стабилизацией положения в стране встал вопрос об усилении требований к режиму со стороны администрации учреждения, – вспоминает подполковник Владимир Сметанников, заместитель руководителя колонии по кадрам и воспитательной работе. – Мы сделали ставку на самодеятельные организации осужденных и секцию дисциплины и порядка. Благо что Уголовно­исполнительный кодекс РФ предусматривал создание и функционирование подобных организаций.

Люди, знакомые с тюремной субкультурой, отмечают, что особенность «красной» зоны заключается как раз в том, что власть в ней, по сути дела, делегирована администрацией отдельным осужденным, так называемым «помощникам администрации», или «красным». Считается, что для обозначения этого режима был выбран красный цвет еще на заре советской власти, когда страна поделилась на красных и белых. Тогда криминальный мир стоял особняком от советской власти, считая только себя истинно правильными членами общества, а все представители власти для них были красными.

Прежде бытовало мнение, что именно коллектив способен перевоспитать оступившегося. По действовавшему положению, участие осужденных в самодеятельных организациях учитывалось при переводе в колонию­поселение и рассмотрении вопроса об УДО.

– В общей сложности на наведение порядка у руководства колонии ушло почти семь лет, – продолжает Владимир Сметанников. – Это могло бы занять и меньше времени, но администрации колонии активно противодействовали сидельцы из числа криминальных авторитетов, при любом удобном случае демонстрировавшие пренебрежение порядками зоны. К примеру, осужденные могли самовольно покидать локальный сектор и переходить в другой отряд, передвигаться по зоне в одежде не по форме или уклонялись от работ.

На первых порах администрация пыталась отрезвить зарвавшихся демократичными мерами: путем проведения бесед и объявления выговоров. Если осужденный и после этого не вставал на путь исправления, в ход шли более жесткие меры: водворение в штрафной изолятор (ШИЗО) до 15 суток или в помещение камерного типа (ПКТ), своего рода внутреннюю тюрьму, на срок до полугода. Далее был отряд со строгими условиями содержания. Именно туда и помещались наиболее злостные нарушители режима, активно противодействовавшие администрации колонии. Будучи полностью изолированными от других осужденных, они утрачивали возможность влиять на настроения в колонии. Такие осужденные передвигались в периметре отряда. Прогулки допускались только в специальном помещении на улице. Питание – отдельно ото всех осужденных. Условия проживания как в обычном отряде – общежитие. Резко ограничен объем передач с воли.

Доходило до того, что во времена расцвета влияния авторитетов в каждом из 15 отрядов набиралось до дюжины смутьянов.

– Карательные меры по отношению к нарушителям применялись в ущерб имиджу колонии, которая, как и другие учреждения пенитенциарной системы области, участвовала в рейтинговом состязании, – рассказывает Владимир Сметанников. – Принцип состязательности был декларирован органами управления системы исполнения наказаний. Показатели качества работы выше были у того учреждения, где меньше было зафиксировано нарушений среди осужденных. По этому показателю наша колония длительное время была в числе худших.

Здесь больше всего осужденных, чем где­либо, находилось в строгих условиях содержания: в ШИЗО единовременно содержались до пятидесяти человек, в ПКТ – порядка тридцати, в отряде со строгими условиями содержания еще столько же. Больше, чем в других исправительных учреждениях области.

Строгая карательная система дала свой результат. Сегодня в ШИЗО единовременно находятся не более 15 человек, в ПКТ – не более 10, отряде со строгими условиями содержания – до 30 человек. По статистике, в ИК­1 в ШИЗО теперь водворяется меньше осужденных, чем в других исправительных учреждениях области. Отчасти это заслуга и самодеятельных организаций осужденных.

Они и поныне помогают администрации колонии, но сегодня являются чисто номинальными, а секция дисциплины и порядка и вовсе упразднена. Новые времена принесли новые формы работы. Администрация исправительного учреждения делает ставку на совет колонии, состоящий из восьми человек, наиболее уважаемых в среде самих осужденных.

– Направления деятельности совета те же, что и у самодеятельных организаций осужденных, – поясняет Алексей Григорьев, в колонии исполняющий обязанности председателя совета (осужденный по ст. 105 ч. 2, пп. «д» и «ж»). – Собственно в сам совет входят председатель, секретарь, а также кураторы целого ряда направлений: проведение культурно­массовых, спортивных мероприятий, образование, работа по улучшению материально­бытовых условий осужденных, противопожарная безопасность, освещение деятельности осужденных в СМИ, работа с производством.

А вскоре ИК­1 предстоит пережить масштабное преобразование в рамках общероссийской реформы уголовно­исправительной системы, которой предусмотрен перевод колоний в тюрьмы трех видов: общего, усиленного и строгого.

На территории Тверской области, по имеющейся у «» информации, планируется создание пяти тюрем и трех колоний­поселений. В регионе будет представлен неполный перечень режимных тюрем – под вопросом создание тюрьмы строгого режима для особо опасных рецидивистов и неоднократно судимых авторитетов.

Согласно концепции развития уголовно­исполнительной системы, тюрьмы общего режима должны появиться в Ржеве на базе ИК № 7, в Твери в поселке Металлист на базе ИК № 10, а также в Больших Перемерках на базе ИК № 1. Торжокская ИК № 4 и Нелидовская ИК № 9 (пос. Монино), вероятнее всего, будут переоборудованы в тюрьмы усиленного режима.

Согласно той же концепции Вышневолоцкую ИК № 5 и Бежецкое СИЗО № 4 преобразуют в колонии­поселения. Помимо этого в Бежецке на базе ИК № 6 появится колония­поселение с усиленными условиями наблюдения.

В планах руководства пенитенциарной системы региона сделать в Больших Перемерках тюрьму общего режима для осужденных, впервые совершивших тяжкие и особо тяжкие преступления. На территории ИК­1 развернутся масштабные ремонтные работы по приведению колонии в вид, соответствующий тюрьме. Согласно плану, возведение новых строений не предусмотрено. Пройдет перепланировка старого фонда. Сейчас жилые постройки имеют вид общежития, где в каждом отряде по две большие комнаты с двухъярусными койками. Тюрьма же предполагает наличие помещений камерного типа для 4–6 человек. Пока мало понятно, где осужденные будут содержаться во время ремонтных работ. Рассматриваются несколько вариантов: переселение в другие корпуса либо перевод осужденных в другие исправительные учреждения.

Известно, что тюрьма в Больших Перемерках будет рассчитана на 1000 осужденных. Преобразование колонии в тюрьму начнется в 2013 году.

Мария ИВАНОВА

Заключенные жаловались на пытки

Заключенные, которых содержат в ИК-1, неоднократно жаловались на то, что на зоне к ним применяли пытки.

В 2013 году «Гулагу.нет» опубликовал видеообращение одного из осужденных по фамилии Голубев, который пожаловалась на избиение. По словам мужчины, у него нашли запрещенную к хранению сим-карту. «Я предложил добровольно ее отдать, но мне начали заламывать руки, придавили ногой горло», — говорилось в ролике.

Пропустить Youtube пост , Гулагу-нет Официальный канал Внимание: Контент других сайтов может содержать рекламу.

Конец Youtube сообщения , Гулагу-нет Официальный канал

После этого несколько сотрудников колонии избили Голубева, в том числе используя наручники как кастеты, а один, утверждает он, угрожал справить на него нужду. После произошедшего Голубев три недели провел в больнице Торжка. При этом родственникам сообщили, что он «наглотался таблеток».

В сентябре 2017 года движение «За права человека» сообщило о том, что осужденные устроили массовую голодовку из-за насилия со стороны сотрудников колонии.

В обращении говорилось, например, что к попавшим в штрафной изолятор применяют «растяжку» — «осуждённых раздевают догола и растягивают в коридоре на протяжении нескольких часов, в течение которых сотрудники ИК-1 наносят осужденным удары по ногам и в области почек».

В обращении также утверждают, что в качестве другого метода наказания заключенных помещали в клетку под открытым небом, лишая еды и возможности сходит в туалет. А начальник ИК-1 Домин и вовсе угрожал осужденным «применением насильственных действий сексуального характера», утверждалось в письме.

В жалобе осужденных фигурируют имена тех же сотрудников, которых в своем ролике называл Голубев.

В ответе ФСИН на обращение правозащитников говорится, что «сведения, изложенные в обращении, не нашли своего подтверждения».

«Жалоба типичная, такое часто приходит. Но хорошо, что отправили в Тверь, это близко от Москвы, если сравнивать, например, с тем, куда Ходорковского отправили — в Сегежу», — сказал Би-би-си исполнительный директор фонда «В защиту прав заключенных» Лев Пономарев. Он добавил, что других жалоб на колонию не помнит.

О насилии над заключенными писали и местные СМИ. Например, издание Tverigrad утверждало, что осенью 2016 года оттуда поступили жалобы, что «осужденных массово избивают во время обысков».

Однако прокуратура по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях заявляла, что при производстве обысков администрация не нарушала законодательства. Некорректного обращения к осужденным проверка тоже не выявила.

Правообладатель иллюстрации Mikhail Pochuev/TASS Image caption Улюкаев был осужден на 8 лет колонии строго режима за взятку от главы «Роснефти» Игоря Сечина

Бывший министр Алексей Улюкаев оказался в исправительной колонии номер 1 в Твери. Из колонии в прошлом году приходили жалобы на пытки. Улюкаев оказался в компании людей, осужденных впервые, но среди них есть и серийный убийца, отбывающий 20-летний срок. Русская служба Би-би-си узнала, чем еще знаменита тверская колония.

О том, что Улюкаева этапировали в ИК-1 в Твери, сообщила Русской службе Би-би-си зампред общественной наблюдательной комиссии (ОНК) Ева Меркачева. Информацию подтвердил собеседник Русской службы Би-би-си, близкий к Улюкаеву. По его словам, «колония нормальная», а с бывшим министром «все хорошо». Пока он находится в карантинном отделении.

Другой источник Би-би-си, знакомый с ситуацией, добавил, что семью бывшего министра пока не уведомили официально, в какую колонию отправили Улюкаева. Ранее выяснилось, что отбывать наказание он будет в Твери, но не было известно, в какой именно колонии.

  • Генерал ФСБ попросил вернуть ему $2 млн, собранные на взятку Улюкаеву
  • Три допроса Сечина: что он рассказал следователям об Улюкаеве
  • Тайный инвестор: как Феоктистов нашел $2 млн для Улюкаева

В пресс-службе управления ФСИН по Тверской области Русской службе Би-би-си отказались официально подтверждать или опровергать информацию о том, что Улюкаев находится в ИК-1 Твери, поскольку » в соответствии с законодательством сведения об осужденных разглашаются только для их родственников».

В истории современной России это первый случай, когда экс-чиновник столь высокого ранга попадает на зону. Русская служба Би-би-си рассказывает главные факты о колонии, где будет содержатся бывший министр.

От сала до сумок

В ИК-1 развито производство — заключенные сотрудничают с Тверским и Торжокским вагоностроительными заводами. На территории колонии выпускают около сотни наименований изделий из металла. В колонии делают полотенцесушители для ванн из нержавейки, чердачные и винтовые лестницы. Зэки ремонтируют сельхозтехнику.

Пропустить Youtube пост , TVTver — ТВ Тверь Внимание: Контент других сайтов может содержать рекламу.

Конец Youtube сообщения , TVTver — ТВ Тверь

Есть и швейный цех — шьют спецодежду по коммерческим заказам, сумки, рюкзаки. У колонии своя хлебопекарня, заключенные занимаются свиноводством и птицеводством, выращивают овощи.

В колонии на день открытых дверей 15 октября устраивают ярмарки — зэки продают товары, которые сами же и выпускают — скамейки, кованые розы, спортивные сумки, а также хлеб, сало и колбасу.

Кроме того, в ИК-1 можно освоить профессию токаря, фрезеровщика или электросварщика.

Впрочем, заниматься, например, производством колбасы Улюкаеву не придется, если только он сам не захочет освоить новую профессию. Как отметила Меркачева, экс-министра не могут заставить работать: ему 62, он уже два года пенсионер. По закону Улюкаев может попасть на производство лишь по собственному желанию. «Если ему скучно станет», — предположила Меркачева.

Укравшему аккумуляторные батареи из грузового автомобиля 43-летнему жителю Конаковского района Тверской области грозит пять лет тюрьмы. Об этом сообщают в пресс-служба УМВД России по региону.

Новость по теме Задержан вор, который украл более 60 велосипедов в Твери и других городах По данным ведомства, в дежурную часть обратилась 39-летняя местная жительница, которая сообщила, что из «МАЗа», припаркованного у дома, неизвестным были похищены две аккумуляторные батареи. Сумма ущерба составила 24 тысячи рублей.

В ходе розыскных мероприятий было установлено, что хищение совершил ранее судимый 43-летний житель Редкино. Мужчина признался в содеянном. Батареи были изъяты в пункте приема металлолома.

Было возбуждено уголовное дело по части второй статьи 158 УК РФ «Кража», которая предусматривает лишение свободы сроком до пяти лет.

«В настоящее время проверяется причастность подозреваемого к другим аналогичным преступлениям, совершенным на территории района. Напоминаем, что такие случаи объединяет один фактор: машины, ставшие объектом преступных посягательств, были оставлены во дворах без всякого присмотра. Вскрыть старый автомобиль, извлечь аккумулятор, магнитолу и убежать – на всё это у «профессиональных» воришек потребуется немного времени. Владельцы дорогих машин нередко оставляют в салонах ценное имущество. Сотрудники полиции настоятельно советуют ни в коем случае не оставлять машины без присмотра на длительное время, особенно если они не оборудованы системами противоугонной безопасности», — сообщили в УМВД по Тверской области.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *